Ее внимание привлекла картина, изображавшая дитя в утробе матери. И у ребенка и у женщины была бледно-розовая кожа.

Не такая, как у Джейси. Люди часто принимали ее за мексиканку, что, возможно, так и было. Этого она не знала. Ее смуглый цвет лица мог быть обусловлен и любой другой наследственностью – от Средиземноморья до бедуинов, – а зеленые глаза говорили о некоей интернациональности в ее генетическом прошлом.

– И когда же я должна?.. – Вопрос был вполне разумен. Похоже, она все же что-то соображает, хотя в голове оставались только мелькающие обрывки мыслей, которые она никак не могла ухватить.

– В марте.

– Конечно. – Нет, ее мозг явно не работает, раз ей не пришло в голову прибавить девять месяцев к единственно возможной дате зачатия.

Зачатия? Некоторое удивление отобразилось на ее лице, а рука скользнула по талии. Ладонь ощутила тепло тела сквозь натянутый трикотаж топа, который она выбрала, потому что ярко-красный напоминал ей о необходимости отваги… и сестру Мэри-Элизабет.

– Мисс Джеймс, не стоит расстраиваться. Пожалуйста, сядьте.

– Все в порядке, – опять повторила она. – Я просто… не знаю, что с этим делать.

Это было явным преуменьшением. Какой она будет матерью, если сама не имела родителей? Джейси тряхнула головой.

– Вы, должно быть, подозревали о своем состоянии, когда записывались на прием.

Но Джейси все еще не верила. Что и было одной из причин, по которой она не упомянула о подобной возможности сестре Мэри-Элизабет, когда навещала ее в прошлую субботу.

– Послушайте, – она повернулась, – полагаю, я знаю… но это кажется невозможным. Я не чувствую тошноты по утрам ни недомогания. И…

И ведь была только одна ночь, хотелось крикнуть ей. Это нечестно, несправедливо, хотя столь горестная мысль была более под стать переживаниям подростка, чем женщине в тридцать один год… Но, в общем, не была ли незапланированная беременность из разряда тех, что случаются с неосторожными малолетками? И чего никак не может произойти со здравомыслящей деловой женщиной, которая слишком уважает себя для случайного секса и которую никогда не соблазняла подобная мысль? Никогда, кроме той ночки, два месяца назад.